|
|
Монотипия или ещё один ключик |
|
История, о которой я хочу вам рассказать, произошла несколько лет тому назад.
А если точнее, это был год, когда Гансу Христиану Андерсену исполнилось 200 лет.
Я готовилась к своей выставке, посвященной этому событию. Предчувствие сказочных
событий не покидало меня. Возможна ли сказка сейчас, у нас вот тут? Живут ли в
наши дни сказочники?
У вас, наверное, тоже бывало такое. Настроишься на какую-то тему, носишь ее с
собою, думаешь, и так, и так разыгрываешь. Очаровываешься и разочаровываешься.
А Судьба в это время подбрасывает нужные книги, устраивает неожиданные встречи,
как будто бы говорит: «Это мой подарок за твое терпение, за верность. Делай следующий
шаг. Вперед!». Был темно-синий зимний вечер. И вот эта великодушная госпожа привела
меня к двери квартиры настоящего сказочника. Для уверенности я взяла с собой свое
«войско». Вернее свой нарисованный мир, который томился в плотно набитой черной
папке. Мы позвонили в дверь. Через несколько секунд ее открыл хозяин…
Сказочник оказался пожилым человеком с благородными чертами лица. Он казался
уставшим, но природная чуткость и доброжелательность не давали возможность этого
показать. И только серые глаза казались молодыми. Глаза созерцали и улыбались.
Лицо было грустным. - Входите!
Следующий шаг был шагом в сказочную реальность. Откуда-то доносилась мелодия
музыкальной шкатулки. Ей легким подзвоном отвечали колокольчики. Под этот акомпанимент
хорошо было рассматривать необычные предметы на стенах, полках и даже потолке.
Маски, куклы, картины, зеркала, старинные лампы, ширмы. Рафинированного искусствоведа
охватил бы ужас разностилья. Но ведь это был дом не коллекционера, а сказочника.
Здесь главное – не историческая ценность предмета, а ее волшебная неповторимость.
Еще было непонятно, в какое реальное время мы попали. Вполне вероятно, что здесь
скрывалось настоящее сказочное.
Нас пригласили в гостиную. В центре стоял большой старинный стол, высокие стулья,
каждый из которых казался троном. Абажур давал «колокол» света, который, наверное,
был волшебным. На этом-то столе и открылась моя папка с монотипиями. Честно говоря,
я люблю показывать свои работы в незнакомом месте и наблюдать за реакцией смотрящих.
Дело в том, что техника, в которой они выполнены, требует особенного смотрения,
а вернее всматривания. Художник как бы приглашает к сотворчеству.
Я всегда мечтала иллюстрировать сказки. Вернее рассказывать их языком изображения.
Для этого в моей коллекции изобразительных возможностей есть одна совершенно сказочная
техника – монотипия. Это такая графическая техника, которая дает возможность импровизации
на тему свободного пятна. То есть вы создаете хаотическое пятно (mono – один,
typus – отпечаток.- греч.) способом свободного нанесения краски на поверхность
бумаги. Пока краска не высохла, вы прижимаете к бумаге другой лист и резко открываете.
Ну вот, поле для полета воображения готово! Нерукотворное изображение дает волю
фантазии. И тогда… не испортив получившегося пятна, деликатнейшим образом, очень
тонкой кистью, вы делаете несколько точных движений и… образ готов. Иногда можно
увидеть дивный пейзаж. Иногда фигуру в движении или портрет со взглядом. Подчас
узнаешь лица друзей!
Так вот и высыпались на большой старинный стол мои дорисованные герои: танцующие
балерины, благородные рыцари, идущие, бегущие, задумавшиеся – персонажи, которые
обрели изобразительное звучание благодаря интуиции (intuery – смотри зорко. –
лат.). И тогда произошло то «обыкновенное чудо», которое случается чаще в сказке.
Надо сказать, что с каждым смотрящим мои герои ведут себя по-разному. К человеку,
готовому к встрече с чудом, они особенно отзывчивы. А скептик и циник их просто
не увидит. Их ценность в глубине ассоциативного мира смотрящего. Сказочник перелистнул
несколько монотипий и замер. Мои персонажи были ему уже знакомы! А ведь до сих
пор я еще не прочла ни одной его сказки! Он стал медленно называть имена своих
героев и искать их глазами среди моих работ. Все совпадало. Персонажи монотипий
откликались на имена. Они были ни прочь сыграть отведенные им роли. Так произошла
наша встреча с Андреем Владимировичем Гнездиловым. Так появился «Сундук старого
принца» - наша первая книга. Любое настоящее творчество – это желание поделиться
своим миром. Это бесстрашие первого хода. Это надежда на сотворчество.
Арина Даур
Апрель 2007г.
|
|
|
«Кто сказал, что пишут красками? Пользуются красками, а пишут чувствами». 
